В интервью президент признал наличие «определённого дефицита» топлива в стране, одновременно подчеркнув, что ситуация «не критическая».
Что касается ударов по критически важной инфраструктуре вообще, по энергетической инфраструктуре в частности, то, конечно, эти удары по объектам нашей инфраструктуры создают проблемы, это очевидно. Мы сейчас наблюдаем определённый дефицит, но он не критический, я сейчас скажу.
По его словам, в Крыму запас топлива исчисляется несколькими днями, при этом ежемесячная потребность составляет примерно 70 тысяч тонн; власти планируют обеспечить поставки и наращивать их по земле и морю.
Что касается поставок энергоносителей в Крым, ежемесячная потребность (министр мне докладывал) — 70 тысяч тонн. В Крыму сейчас запас нескольких дней, но потребности будут обеспечены. И мы будем наращивать и по земле эти поставки, и по морю. Уверен, что эта задача будет решена.
Глава государства утверждает, что удары по инфраструктуре имеют также цель подпитки информационной кампании и посеять неуверенность в обществе.
[Удары наносятся] как минимум с целью породить у нас неуверенность в себе, в наших силах, а ещё лучше — довести до раскола в российском обществе и заставить Россию приостановить, хотя бы на какое‑то короткое время, наступление наших войск на линии боевого соприкосновения и создать условия для начала переговорного процесса на выгодных для себя условиях.
Мы не дадим им такого шанса. Тем более это важно, все эти террористические вылазки никак не влияют на ситуацию на фронте.
Для решения проблемы дефицита топлива власти планируют предпринять ряд мер:
- быстро и существенно нарастить производство наиболее востребованных средств ПВО;
- ускорить вывод объектов из ремонтов, наладить необходимый объём импорта и надёжно прикрывать нефтеперерабатывающие объекты;
- согласовать работу всех уровней и структур, участвующих в отражении атак беспилотных летательных аппаратов и ракет по инфраструктуре.
Президент также сообщил, что, по его сведениям, со стороны Украины поступали предложения о взаимном прекращении ударов вглубь территорий обеих стран и о «ограничении боевых действий» только четырьмя регионами; он объяснил, почему такие предложения выгодны противнику и отверг идею спасать киевский режим.
Понятно, почему делается это предложение. Потому что наши ответные удары вглубь территории гораздо более мощные, чувствительные и разрушительные, приводят к действительно серьёзным последствиям для киевского режима. Еще одно предложение — ограничить боевые действия только четырьмя территориями… Это даст возможность ВСУ снять свои войска из некоторых областей и перебросить их в перечисленные регионы. Спасать киевский режим в наши планы не входит.
Отвечая на вопросы о международной повестке, он сказал, что не верит в изменение позиции США под давлением ЕС, охарактеризовал Дональда Трампа как «более чем зрелого и опытного политика» и заявил о готовности продолжить переговоры; по его словам, российская сторона ждёт приезда американских переговорщиков, которые не бывали в стране с января.
Ранее президент Украины заявлял, что Киев готов к «энергетическому перемирию»: если Россия не будет бить по украинской энергетике, Украина, по его словам, откажется от ударов по российской энергетике и готова обсуждать прекращение огня.
