Журналистка, отбывающая наказание в ИК‑9 Рубцовска, переведена в помещение камерного типа после выхода из штрафного изолятора. По её словам, условия содержания фактически не изменились, а здоровье ухудшилось, появились галлюцинации на фоне горя.
15 сентября её выпустили из штрафного изолятора, а 22 сентября перевели в ПКТ. Она сообщает, что состояние не улучшилось и ей необходимы таблетки, выписанные психиатром ранее; 23.09 умерла её мама.
Она добавила, что если бы находилась в обычном отряде, рядом с Надин Гейслер ей было бы легче перенести боль; сейчас же Мария сидит одна, а рядом в ПКТ остаётся Алёна Голтвенко.
В голове у неё сейчас преимущественно мысли о маме, её безграничной заботе и любви к внукам, о её самоотверженности и способности отдавать себя детям.
20 июня 2025 года Второй окружной военный суд в Белгороде вынес приговор волонтёрке, помогавшей беженцам из Украины: 22 года лишения свободы и штраф в размере 320 тысяч рублей. Её обвиняли в госизмене, финансировании терроризма и призывах против безопасности РФ. В последнем слове она заявила, что все четырнадцать томов дела — это ложь.
Также применены меры Росфинмониторинга к лицу, внесённому в перечень «террористов и экстремистов».
