Правозащитники заявляют, что видеоматериалы задержаний по политическим делам создаются в массовом порядке, и большая их часть постановочная.
По данным исследования, подобные ролики призваны запугивать оппозицию, демонстрировать силу силовых структур и навязывать официальную версию событий. Правозащитники проанализировали 70 уголовных дел, возбужденных после начала войны, в которых встречаются записи ФСБ.
К середине 2026 года упоминания ФСБ в крупных телеграм‑каналах и новостных лентах выросли в 2–3 раза по сравнению с довоенным периодом; доля материалов с видеорядом увеличилась почти вдвое.
В роликах повторяются одни и те же сцены: оперативная съемка, задержание, обыск, перевозка задержанного и его признание. Записи задержания и признания встречаются в примерно две трети материалов; оперативную съемку отмечают лишь в нескольких роликах, и, по данным правозащитников, такие дела часто основываются на провокациях.
Примеры постановок
Как пример приводят дело задержанного анархиста в Рязанской области, которому вынесли 29 лет за подрыв железной дороги и нападение на военный аэродром. Сам он рассказывал, что полицейский просто пригласил его проехать в отдел. На видео герой сцены задержания изображён среди гаражей, после чего он рассказывает, как его завербовали. В суде он говорил, что ролик сняли на следующий день после реального задержания в другом отделе, а текст диктовали между дублями. По словам обвиняемого, его всю ночь избивали и пытали током.
Еще один пример — волонтёр гуманитарной миссии из Херсона Юрий Каев, которого в январе приговорили к 14 годам по делу «херсонской девятки». На съемку задержания его вывели примерно через месяц после реального ареста. Ему выдали чистую одежду, вручили сумку с документами и велели идти по улице, а потом упасть так, чтобы не повредить лицо. Сцену сняли с первого дубля.
Признания на камеру часто записывают по нескольку раз и меняют текст. Граффити‑художник из Евпатории Богдан Зиза, осуждённый за антивоенную акцию, рассказывал, что его «извинение» переписывали как минимум пять раз. Когда раскаяние казалось начальству неискренним, его снова избивали. «Актер я не очень хороший, а еще текст постоянно изменялся», — вспоминал он.
Отснятые записи используют и для давления на родственников задержанных. Такой видеопродакшн считают продолжением пыток, распространённых в силовых структурах.
