В Москве любое перемирие будет воспринято как историческое поражение, поэтому для руководства такой исход неприемлем — это ключевой фактор, объясняющий нежелание идти на компромисс.
С начала мая ударная активность по гражданской инфраструктуре на территории Украины выросла: фиксируются массированные бомбардировки, разрушения жилых домов и человеческие жертвы.
На протяжении первых месяцев 2026 года российские войска испытывали трудности с продвижением и в ряде случаев откатывались, при этом армия продолжает нести существенные потери.
Параллельно противник сталкивается с ударами по логистике в тылу: эффективные удары беспилотников по тыловым объектам и расширение дальних авиационных и ракетных ударов по военным и промышленным целям усугубили ситуацию.
У Путина мало приемлемых альтернатив
Военные неудачи и растущая озабоченность внутри страны подрывают попытки представить победу как неизбежную. Но ключевое — страх признать новую геополитическую реальность у границ России; это делает для власти перспективу компромисса крайне нежелательной.
«Принятие компромиссного мирного решения, основанного на сегодняшней линии фронта, означало бы признание геополитической реальности независимого, демократического, сильного и постоянно враждебного украинского государства у границ России. В Москве это было бы воспринято как поражение исторического масштаба. Путин прекрасно понимает, что, вероятно, не переживет такой исход.»
Исходя из этого, руководство с высокой долей вероятности будет стремиться наращивать операции и удары по объектам на территории Украины, а не искать мирного решения на текущих условиях.
Экономические последствия и внутреннее давление
Военные расходы давят на экономику: рост почти остановился, бюджетный дефицит увеличивается. Экономическое давление постепенно работает против правящей элиты, но пока не приводит к смене курса.
В результате ближайшая перспектива выглядит как дальнейшая эскалация и усиление ударов по гражданской инфраструктуре, а не как движение к перемирию.
