В Замоскворецком суде Москвы стартовало слушание дела зампреда «Яблока» Максима Круглова. Свидетель — сотрудник ГБУ «Жилищник» — дал показания после встречи с сотрудником ФСБ на улице; в показаниях видны противоречия и расхождения во времени.
Ухудшение экономики, ужесточение репрессий и попытки поставить интернет под жёсткий контроль привели к серьёзному расколу внутри кремлёвской администрации: противоборство между командой администрации и силовиками усиливается на фоне падения рейтингов и нарастающей внутренней напряжённости.
Тверской районный суд Москвы выслушал доводы следствия и защиты по делу Олега Ролдугина: прокуратура требовала оставления под стражей, защита просила смягчить меру. Ролдугина задержали 9 апреля, 10 апреля его арестовали на месяц; в редакции также прошёл продолжительный обыск.
Свидетели заявили, что усомнились в утверждениях историка после просмотра её ролика; прения по делу отложили до 15 мая.
Специалисты считают маловероятной версию о заговоре вокруг экс‑министра обороны: внутренние трения элит объясняют конкуренцией за ресурсы и вниманием президента, а не подготовкой смены власти.
Заместитель начальника управления президента по мониторингу социальных процессов Алексей Семенов призывает инициировать государственный заказ на позитивный образ будущего и системно продвигать «Большой русский образ» через культуру и масштабные проекты.
Угрозы ответных мер в адрес Украины в преддверии парада 9 мая, по мнению аналитиков, скорее отражают уязвимость российской обороны и растущую опасность ударов по глубоким тылам, включая Москву.
Алексей Юсупов покинул пост министра жилищно‑коммунального хозяйства Забайкальского края. Временно исполняющим обязанности назначен Андрей Чибисов — специалист с многолетним опытом в сфере строительства и ЖКХ.
Министры иностранных дел России и США провели телефонный разговор, названный в российском внешнеполитическом ведомстве конструктивным; обсуждались текущее состояние отношений и график двусторонних контактов. Комментариев от американской стороны пока нет.
Из‑за вступившего в силу закона о «защите русского языка» одиннадцатиклассникам в нескольких районах Центрального федерального округа пришлось срочно менять музыкальную программу выпускного: администрации школ отказали в использовании зарубежных композиций.
