С 19 по 21 мая около столицы появились как минимум семь новых позиций зенитно‑ракетных комплексов «Панцирь», многие — в непосредственной близости от населённых пунктов. Усиление ПВО связывают с ростом угрозы беспилотных атак и мерами безопасности вокруг высшего руководства.
В результате ударов и атак беспилотников в разных округах Белгородской области пострадали жилые дома, объекты инфраструктуры и транспорт — сообщения о повреждениях поступили из 15 населённых пунктов.
FPV‑дроны поразили постройку, где стояла самоходная артиллерийская установка «Мста‑С»; после удара начался пожар, место атаки подтверждено геолокацией на спутниковых снимках.
Ночью 11 июня в селе Беловское БПЛА поразил одноэтажный дом на шесть квартир — после взрыва вспыхнул пожар, дом признан непригодным для проживания, жильцы потеряли вещи.
Оставшиеся жители села Борисовка в Волоконовском округе требуют закрыть населённый пункт: экстренные службы не приезжают, запасы огнетушителей иссякли, повреждён последний магазин.
Вячеслав Мархаев предупредил о риске «социального взрыва и хаоса», потребовал остановить рост тарифов ЖКХ и настаивает на публичном плане завершения СВО, основанном на национальных интересах.
Поимённые списки журналистов и волонтёров фиксируют как минимум 200 погибших несовершеннолетних; среди них — 2008 года рождения из Московской области, похороненный в Павловском Посаде.
АТЕШ утверждает, что вывела из строя три узла связи в Белгородской области, что якобы замедлило передачу данных ПВО и открыло путь для беспилотников. Независимого подтверждения нет.
В небе над селом Кульбаки Глушковского района 9 июня был перехвачен украинский разведывательный беспилотник «Фурия». Место съёмки подтверждено геолокацией по спутниковым снимкам.
Алишер Свирин из Подмосковья погиб 1 мая; в некрологе указано, что он служил пулемётчиком в 123‑й отдельной гвардейской мотострелковой бригаде. Похоронен 28 мая на Аллее Героев в Павловском Посаде.
