Участники акции протеста против иммиграционной и таможенной полиции США у штаб‑квартиры Palantir в Вашингтоне, 1 апреля 2026 года. Фото: Celal Gunes / Anadolu / Getty Images
Манифест Palantir о «новой эре сдерживания»
Компания Palantir, поставляющая программное обеспечение для американских военных и иммиграционных ведомств, опубликовала манифест из 22 пунктов, в котором описывает принципы «новой эры сдерживания» на основе искусственного интеллекта.
Документ появился 18 апреля в аккаунте Palantir в соцсети X с пометкой, что это «краткое резюме» книги генерального директора и сооснователя компании Алекса Карпа «The Technological Republic» («Технологическая республика»), написанной совместно с руководителем по корпоративным вопросам Николасом Замиской. Книга, изданная в 2025 году, по словам авторов, должна заложить теоретический фундамент деятельности компании.
Ключевые тезисы манифеста: армия, ИИ и культура
1. Кремниевая долина, по мнению авторов, находится в моральном долгу перед государством, обеспечившим её успех. Инженерная элита должна напрямую участвовать в обороне страны.
2. Авторы призывают «восстать против тирании приложений». Они задаются вопросом, не стал ли iPhone высшим достижением цивилизации, которое теперь ограничивает представление о возможном.
3. «Бесплатной электронной почты недостаточно» — культурный или цивилизационный упадок, по их мнению, можно простить только в том случае, если общество обеспечивает экономический рост и безопасность.
4. В манифесте утверждается, что одной «мягкой силы» и моральной риторики недостаточно: для победы свободных и демократических обществ нужна «жесткая сила», которая в XXI веке будет строиться на программном обеспечении.
5. Создание оружия на базе ИИ считается неизбежным. Вопрос, по мнению Palantir, не в том, появится ли оно, а в том, кто и с какими целями его разработает. Противники, как сказано в документе, «не будут тратить время на показные дебаты», а просто начнут действовать.
6. Служба в армии, заявляют авторы, должна стать всеобщей обязанностью. Обществу предлагается отказаться от полностью добровольной армии и вступать в следующую войну лишь при условии, что риск и издержки разделяются всеми.
7. Если американский военнослужащий просит более современное оружие, «мы должны его создать» — это касается и программного обеспечения. При этом, считают авторы, общество может спорить о допустимости военных операций за рубежом, оставаясь при этом абсолютно лояльным к тем, кого уже отправили в зону риска.
8. В манифесте говорится, что госслужащие не должны восприниматься как «жрецы». По мнению Palantir, ни один бизнес, который платил бы сотрудникам так же мало, как федеральное правительство, не выжил бы.
9. Авторы призывают с большим пониманием относиться к тем, кто занимается публичной политикой. Полное исчезновение пространства для прощения и отказ от терпимости к сложной человеческой природе, по их мнению, может привести к появлению лидеров, о которых общество пожалеет.
10. Политика, по версии манифеста, не должна становиться заменой смысла жизни. «Психологизация» современной политики и попытки найти в ней самоидентификацию, проецируя личные переживания на незнакомых людей, обречены на разочарование.
11. Авторы критикуют стремление общества быстро «уничтожать» оппонентов и злорадствовать. Победа над противником, считают они, повод не для ликования, а для паузы.
12. Заявляется, что «атомный век заканчивается» и что эпоху ядерного сдерживания сменяет новая эра сдерживания, основанная на искусственном интеллекте.
13. США описываются как страна, которая продвинула прогрессивные ценности больше любой другой в истории, хотя и далека от совершенства. Возможностей для людей без наследственных привилегий там, по утверждению манифеста, больше, чем где‑либо.
14. Авторы считают, что военная и политическая мощь США обеспечила «необычайно долгий период мира» — почти столетие без прямого военного столкновения великих держав, которым, по их мнению, часто пренебрегают.
15. Послевоенное «обезвреживание» Германии и Японии объявляется ошибочным: ослабление Германии называют чрезмерной реакцией, за которую Европа «платит высокую цену», а японский пацифизм, по их мнению, влияет на баланс сил в Азии.
16. Авторы выступают в защиту бизнесменов, которые пытаются реализовывать масштабные проекты там, где, как им кажется, рынок бессилен. В пример приводятся амбиции Илона Маска, над которыми, как утверждается, культура привыкла насмехаться, игнорируя ценность созданного им.
17. Кремниевая долина, по мнению Palantir, должна активно участвовать в борьбе с насильственной преступностью, тогда как многие политики якобы избегают реальных шагов.
18. Безжалостное вмешательство в личную жизнь публичных фигур, говорится в документе, отталкивает талантливых людей от государственной службы и оставляет у власти малоэффективных и пустых персонажей.
19. Манифест критикует культуру чрезмерной осторожности в публичной речи: те, кто никогда не говорят «ничего неправильного», часто в итоге не говорят ничего содержательного.
20. Авторы призывают противостоять нетерпимости к религиозным убеждениям в определённых кругах и утверждают, что неприятие религии со стороны элит показывает закрытость их политического проекта.
21. Отдельный пункт посвящён идее о том, что «одни культуры породили важнейшие достижения, другие остаются неэффективными и регрессивными». Современный подход, по которому все культуры считаются равными, описывается как догма, мешающая критике и оценочным суждениям.
22. Заключительный тезис призывает противостоять «поверхностному и пустому плюрализму». По мнению авторов, США и весь Запад последние десятилетия избегают определения национальной культуры ради инклюзивности, при этом не отвечая на вопрос, что именно должно быть инклюзивным.
Реакция: обвинения в технофашизме и иерархии культур
Обозреватели отмечают, что манифест охватывает широкий круг тем — от призывов к участию Кремниевой долины в обороне США и идеи всеобщей военной службы до утверждений о превосходстве одних культур над другими. Отдельно подчёркивается формулировка о том, что критика культур и оценочные суждения оказались фактически под запретом, хотя, по мнению авторов текста, именно различия между культурами и субкультурами определяли исторические достижения.
В документе также отражены актуальные дискуссии о применении искусственного интеллекта в военной сфере. Palantir настаивает, что спорить о допустимости разработки оружия на базе ИИ бессмысленно, если предполагаемые противники уже занялись такими проектами.
Отдельная часть манифеста посвящена пересмотру итогов Второй мировой войны: «обезвреживание» Германии и Японии осуждается как чрезмерное ослабление, негативные последствия которого, по мнению авторов, до сих пор ощущает Европа и Азиатско‑Тихоокеанский регион.
Критика в США и Европе
Публикация манифеста вызвала широкий резонанс в технологической среде и медиа. Часть обозревателей сочла одним из самых провокационных тезисов призыв к возвращению обязательного призыва на военную службу в США, отменённого после войны во Вьетнаме. Другие сравнили формулировки документа с риторикой белых националистов о «ценности западных культур» и обратили внимание, что в тексте критикуются культурная инклюзивность и плюрализм.
Бельгийский философ технологий Марк Коэкелберг, преподающий в Венском университете, охарактеризовал манифест как пример «технофашизма».
Руководитель расследовательского проекта Bellingcat Элиот Хиггинс, комментируя пункт о различии культур, отметил, что принятие культурной иерархии фактически открывает возможность применять разные стандарты проверки к разным группам и странам. По его словам, формальные процедуры контроля в такой системе могут сохраняться, но их демократическая функция исчезает.
Хиггинс подчеркнул, что важно учитывать, кто именно формулирует эти идеи: Palantir зарабатывает на поставках программного обеспечения оборонным и миграционным ведомствам, поэтому 22 пункта манифеста следует рассматривать не как отвлечённую философию, а как публичную идеологию компании, чья выручка напрямую связана с продвигаемой политической повесткой.
Опасения вокруг британских госконтрактов
В Великобритании манифест тоже вызвал критику. Часть политиков поставила под вопрос целесообразность заключения и продления госконтрактов с Palantir. Компания уже получила в стране контракты более чем на 500 миллионов фунтов стерлингов, включая крупное соглашение с Национальной службой здравоохранения.
Депутат парламента Мартин Ригли назвал документ, в котором одобряется государственное наблюдение за гражданами при помощи ИИ и одновременно поддерживается идея всеобщей воинской повинности в США, «либо пародией на фильм про Робокопа, либо тревожной нарциссической тирадой».
Лейбористка Рэйчел Маскелл, ранее работавшая в системе здравоохранения, охарактеризовала публикацию манифеста как «крайне тревожную». По её мнению, Palantir «очевидно стремится оказаться в центре технологической оборонной революции». Она добавила, что если компания пытается диктовать политический курс и определять направления инвестиций, то она «гораздо больше, чем просто разработчик ИТ‑решений».
