Шестун заявил о массовых пытках в СИЗО Твери

Бывший глава Серпуховского района Подмосковья Александр Шестун, который содержится в СИЗО‑1 в Твери, сообщил о массовых пытках и системных нарушениях прав заключённых.

По информации группы поддержки, 21 апреля дежурный Дмитрий Водолеев якобы угрожал перевести Шестуна в старый корпус, где, как утверждают заключённые, практикуются пытки.

«Ваши конверты мы вскрываем, и отправлять в надзорные органы не будем. Соблюдения закона вы тут не найдете, а будете дальше искать справедливость — закроем в старом корпусе, где крики от применения электрошокеров, ударов по почкам и паху никто не услышит. Видеокамеры там — не в общей системе УФСИН, а в автономной — на корпус, что позволяет монтировать и удалять видеозаписи без проблем».

После этого Шестуна, как он сам рассказывает, поместили в ШИЗО на десять суток — якобы без обязательного осмотра врача. Он также назвал дежурного Петра Решетова «главным палачом» и сообщил, что 25 апреля тот отобрал у него тёплые вещи, растоптал лекарства и применил силу.

По словам Шестуна, Решетов также применял электрошокер к 25‑летнему заключённому Халиду Хамиеву. По его мнению, доследственные проверки по таким заявлениям носят формальный характер.

Содержимое писем, отправляемых заключённым, якобы цензурируется: значительные фрагменты личной корреспонденции замазываются без объяснений, а сотрудники изолятора препятствуют отправке жалоб. Исполняющий обязанности начальника СИЗО Сергей Королёв, по словам собеседников, признавал факты вмешательства в переписку.

Шестун утверждает, что пострадавших в изоляторе — сотни. Он также напомнил, что бывший начальник СИЗО Дмитрий Лебедев ранее проходил по обвинениям в пытках и был оправдан.

Краткая справка

В 2011 году Шестун обнародовал информацию о сети подпольных казино в Подмосковье. В 2018 году он поддержал жителей в протестах против полигона ТБО «Лесная» и выступал против изменений в местном самоуправлении. В том же году его арестовали по обвинениям в коррупции; в 2020 году суд приговорил его к 15 годам строгого режима и конфискации имущества. Правозащитники называют дело политически мотивированным.