Молодые россияне, достигшие совершеннолетия во время полномасштабной войны, впервые примут участие в голосовании в Госдуму. Они рассказывают, как власти реагируют на интерес молодежи к политике и активизму.
Выборы пройдут с 18 по 20 сентября. После исключения партии «Яблоко» россияне не смогут голосовать за антивоенных кандидатов. После решения суда сотни горожан вышли на акции протеста — многие из них недавно достигли совершеннолетия. Ранее многие не участвовали в массовых акциях, но сейчас условия для протестов стали крайне сложными.
Большинство известных оппозиционных лидеров покинули Россию после начала вторжения в Украину или оказались в тюрьме. Среди молодых россиян есть те, кто готов заниматься политикой и активизмом, невзирая на репрессии. Так, среди заявителей митингов против блокировок интернета в 2026 году были люди моложе 25 лет.
Однако легального пространства для независимой гражданской активности почти не осталось. Даже не связанные напрямую с политикой инициативы — например урбанистика — становятся рискованными. Власти стараются направлять активных молодых людей в подконтрольные проекты: предлагая сотрудничество с партиями, созданными по согласованию с властью, или с государственными движениями.
«Только озвучили проблемы в городе — и всё, лежим лицом в пол»
Весной 2026 года силовики вошли на встречу, посвященную местным проблемам, в одном из городов на юго‑западе страны. «Встреча продлилась всего несколько минут. Обсудили транспорт и освещение, и на этом всё», — рассказывает Антон (имя героя изменено ради безопасности).
Антон занимался политикой три года после школы. Его избили и увезли в полицейский участок, когда требовали разблокировать телефон. Сообщили, что «это мы так».
Политикой Антон заинтересовался в 2024 году, вскоре после начала президентских выборов, когда штаб гражданского наблюдения приглашал людей принять участие.
Несколько раз Антон баллотировался на муниципальных выборах и помогал пострадавшим от наводнений и обстрелов. Главная его инициатива — объединение молодых людей в активное сообщество, помогающее жильцам подавать обращения в власть.
«ЧОПовцы охраняли участок от наблюдателей — угрозы побить»
Местные власти постоянно препятствовали активистам. В 2024 году на выборы направили группу охраны, которая «охраняла» участок от наблюдателей и угрожала побить.
По словам Антона, в 2026 году давление на активистов усилилось: теперь на каждую встречу приходят силовики и срывают её.
Как активную молодежь вербуют «Новые люди»
Антон вспоминает, что силовики неоднократно предлагали ему выйти из «Яблока» и стать кандидатом от «Новых людей». Он отказывался, считая такие предложения попыткой проверить его позицию.
20‑летняя Лера получила предложение возглавить подростковый волонтерский отряд в депрессивном по экономике городе на юге.
У Леры короткие рыжие волосы и яркий стиль: клетчатая одежда, молнии на серьгах и рюкзак ярких цветов. Друзья шутят, что она любит клетку в стиле одежды.
Семья Леры не была оппозиционной, но она с юных лет критиковала власть. Во время войны она училась и саботировала патриотическое воспитание.
Сейчас Лера учится менеджменту и работает на заводе. Она ведёт политическое просвещение в тиктоке — рассказывает о мессендерах без интернета, о сомнительных законопроектах и волонтерских движениях.
Недавно её пригласили в организацию «Штаб кандидатов», проект, выросший из кампании Бориса Надеждина; у неё есть подразделение, создающее контент о политике.
В июле 2026 года власти включили «Штаб кандидатов» в реестр иностранных агентов. Надеждина тоже признали иноагентом и он уехал за границу. Лере пришлось выйти из организации.
Спустя несколько месяцев Лера снова связалась с «Новыми людьми»: ей предложили высокую должность в их проекте по молодежной политике, она отказалась — условия связывали её руки (например, запрет участвовать в протестах).
«Представляешь, как власти подростков боятся?»
Среди друзей Леры — другие активисты. 18‑летний Иван собирал подписи под петицией против роста цены на проезд; он рассказывает, как чиновник пытался склонить его на свою сторону.
Они мечтают путешествовать по регионам и узнавать проблемы людей, затем спустя годы сравнить изменения. Они планируют создать онлайн‑карту уличного освещения, чтобы освещение не тревожило жильцов.
Планируют баллотироваться в региональный парламент как независимые кандидаты на следующих выборах.
От митинга за Навального до «Движения первых»
Не все молодые люди готовы рисковать своим благополучием: 19‑летняя Маша вступила в «Движение первых» — всероссийскую организацию, созданную властями в 2022 году, главой наблюдательного совета которой является президент Владимир Путин, а руководит организацией участник нападения России на Украину в роли танкиста.
Впервые Маша заинтересовалась политикой в 2021 году — ей было 13 лет. Одноклассница рассказала ей про арест Навального и деятельности ФБК.
Школа Маши была закрытой и строгой. После начала полномасштабного вторжения ученикам запретили высказывать позицию по этому поводу. Она решила не обсуждать тему на занятиях.
В «Движение первых» Маша вступила после начала колледжа. На первом курсе её позвали поехать в Нижний Новгород — но только тех, кто состоял в движении. Она выбрала поехать.
«Сомнения были, но выбор пал на поездку. Участники казались адекватными: мы просто общались и ничего конкретного не обсуждали».
Внутри движения атмосфера не казалась слишком политизированной: люди вступали ради волонтерской работы или возможностей прогулять пары. Руководители публиковали политические высказывания неохотно, создавая два аккаунта — личный и открытый.
Если какая‑то лекция казалась слишком политизированной, её пропускали — либо пересылали материалы, чтобы студенты могли посмотреть сами.
Активизм в России — либо опасно, либо бесполезно
По мнению Маши, сегодня разрешённое волонтёрство не приводит к серьёзным переменам в стране или городе.
Она думает, что изменения лучше добиваться через объединения единомышленников — неофициальные или под предлогом другой деятельности, чтобы снизить риски.
После отчисления она перестала заниматься политикой; думает об эмиграции, но пока остаётся в регионе — если ситуация изменится.
У Маши остаются сомнения, но она любит Россию и надеется на перемены; если их не будет, она может рассмотреть переезд за границу.
