Медведев предупредил о реальной возможности ядерного апокалипсиса на фоне истечения СНВ‑III

Что сказал Медведев

Заместитель председателя Совета безопасности Дмитрий Медведев заявил, что ядерный апокалипсис «реально возможен» и тех, кто этого не понимает, назвал «фантазёрами или дурачками». Выступление прозвучало на федеральном просветительском марафоне «Знание».

«Меня часто упрекают в том, что я использую какую‑то жёсткую риторику, говорю о ядерном апокалипсисе, но, к сожалению, он реально возможен. Тот, кто не отдаёт себе в этом отчёта, тот фантазёр или дурачок.»

Почему это важно

По словам Медведева, Россия должна быть готова к такому развитию событий, именно для этого в стране существует ядерная триада. Он подчеркнул, что бессмысленно спорить о том, кто первым применит ядерное оружие, но «узел противоречий сейчас очень тугой, включая и ситуацию на Ближнем Востоке».

Контекст: СНВ‑III и позиция США

5 февраля 2026 года истёк срок действия Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ‑III) — последнего двустороннего соглашения, ограничивающего ядерные арсеналы России и США. Администрация США не стала продлевать договор и объявляла о намерениях модернизировать арсенал и при необходимости развёртывать новые типы боеголовок.

Ранее президент США поручил Пентагону возобновить ядерные испытания — впервые за более чем 30 лет; власти объясняли это необходимостью обеспечения безопасности и модернизации арсенала.

Переговоры и возможные варианты

В Москве заявляли о готовности к диалогу, но на новых условиях: обсуждение возможных рамок контроля, по мнению российских представителей, должно включать и другие ядерные державы. Также звучали предложения сохранять прежние ограничения при взаимных гарантиях со стороны США. По данным источников, после истечения договора стороны могли временно придерживаться его условий в течение нескольких месяцев, прежде чем определить дальнейшую судьбу механизмов контроля.

Ситуация остаётся напряжённой: ключевые участники заявляют о модернизации арсеналов и переговорах «с позиции силы», что осложняет быстрое возобновление прежних форматов контроля над стратегическими вооружениями.